Документ № 040310a

В марте 2004 года в Лаборатории биофизики возбудимых сред ИТЭБ РАН была обнаружена чрезвычайная ситуация, повлекшая причинение вреда здоровью двух сотрудников этой лаборатории (ст. 112 и ст. 115 УК РФ). В соответсвие с Федеральным законом "Об основах охраны труда в РФ", о ситуации были своевременно проинформированы Директор ИТЭБ РАН Г.Р. Иваницкий, Начальник Отдела гражданской обороны ИТЭБ РАН В.И. Прокофьев, Начальник Службы охраны труда ИТЭБ РАН А.А. Петров, а также другие сотрудники института. Официальные документы по проработке данной ситуации можно прочесть здесь.

В ходе служебного расследования было выявлено три источника опасности.

Во-первых, были обнаружены летучие выделения остронаправленного удушающего действия из поврежденной неустановленными лицами канализационной системы. (Официальные документы см. здесь). Официальное расследование этой ситуации было фактически заблокировано зав. лабораторией А.Б. Медвинским. Результаты расследования, проведенного в частном порядке силами нескольких сотрудников ИТЭБ РАН, явно указывают, что повреждение канализационной системы было использовано для маскировки злоумышленного подливания в трубы канализации летучего вещества остронаправленного удушающего действия, не свойственного канализационной системе и не могущего попасть в нее иным, естественным путем. У пострадавших сотрудников сложилось вполне определенное мнение о личностях лиц, которые осуществляли этот злоумышленный поступок.

Во-вторых, было установленно, что в ходе организованных А.Б. Медвинским, заведующим лабораторией, химических эксериментов, проводимых с грубейшим нарушением техники безопасности (ТБ) и требований охраны труда (ОТ), с лета 2003 года в воздух рабочей зоны комнаты, в которой работали пострадавшие сотрудники, регулярно выделялся свободный БРОМ (!!!). (Официальные документы см. здесь)
В ходе разбирательства было установлено, что действия А.Б. Медвинского подпадают под ст. 143 УК РФ. Отмечу также и то обстоятельство, что летом 2003 года я категорически возражал против проведения указанных химических экспериментов (так называемой реакции Белоусова-Жаботинского) в помещение комнаты, где я работаю. Однако А.Б. Медвинский не только не остановил проведение химических экспериментов, но и вдобавок потребовал осуществить такую перестановку рабочих столов, которая автоватически серьезно нарушила бы существующие сетевые подключения компьютеров. Данное требование А.Б. Медвинского было настолько абсурдным, что против такого распоряжения выступили и другие сотрудники: А.В. Русаков и даже активно пособничавший Медвинскому Р.Р. Алиев. Трудно точно установить мотивы такого поведения завлаба, впрочем как и необходимость самих экспериментов, которые навязали проводить А.В. Русакову и которые никак не вязались с проводимой А.В Русаковым научной работой. Вполне возможно, что эти химические эксперименты потребовались Медвинскому для того, чтобы обналичить деньги через фиктивную покупку химических реактивов, а уж заодно Медвинский решил подгадить и мне с Русаковым. Хотя неисключено, что намерение причинить вред моему здоровью и здоровью Русакова было основным мотивом Медвинского.

В последствие, уже летом 2004 года, был обнаружен и еще третий источник хронической интоксикации указанных сотрудников. В аптечке комнаты была найдена жидкость для удаления бородавок, состоящая из смеси фенола и трекрезола и хранящаяся в склянке поврежденной крышкой. Установить, кто и когда принес эту жидкость в комнату, установить не удалось.
В ходе проверки комнат Лаборатории биофизики возбудимых сред, возглавляемой А.Б. Медвинским, были выявлены и другие нарушения требований ОТ. (Официальные документы см. здесь)

В ходе проводимых работ по расследованию обстоятельств и устранению последствий описываемой чрезвычайной ситуации сам А.Б. Медвинский повел себя более чем странно:

• Поначалу он стал всячески препятствовать проведению официального или неофициального разбирательства, а также попытался инсценировать мое увольнение за прогулы (см. подробности здесь), а также распространять клеветнические сведения обо мне среди сотрудников ИТЭБ РАН и других институтов ПНЦ (впрочем, Медвинский этими мерзостями занимается постоянно, а обо мне он распространяет клевету фактически с начала моей трудовой деятельности в ИТЭБ РАН). В результате я был просто вынужден обратиться к Директору ИТЭБ РАН Г.Р. Иваницкому с просьбой вмешаться в ситуацию (см. подробности здесь).
• После вмешательства Иваницкого Медвинский пытается теперь инсценировать свою активную заинтересованность в устранении обстоятельств ситуации, а по сути дела пытается организовать моими же руками устранение улик. С этой целью Медвинский СО ЗНАЧИТЕЛЬНЫМ ОПОЗДАНИЕМ вручает мне под расписку свое распоряжение прочистить канализацию.
  Вместе с тем Медвинский оказывает массированное давление на меня, неколько раз угрожая мне увольнением под любым удобным ему предлогом и по существу полностью блокируя мою научную работу, - по причине чего я вновь вынужден аппелировать к Директору ИТЭБ РАН Г.Р. Иваницкому (см. подробности здесь).
  В ходе состоявшейся 5 мая 2004 года беседы со мной Иваницкий сообщил мне о том, что Медвинский ему наговорил множество разных "интересных" вещей. В частности, Медвинский заявил Директору ИТЭБ РАН Г.Р. Иваницкому, что моя аспирантура под руководством Медвинского является фикцией, направленной якобы лишь на то, чтобы дать мне возможность получать стипендию (Иными словами, Медвинский сам признал, что руководство моей научной работой он никогда не осуществлял, а государственные деньги, получаемые им за руководство моей аспирантурой, попросту крал. Что полностью соответсвует действительности - могу полностью подтвердить это самообличительное заявление Медвинского; мою же научную деятельность в качесте аспиранта РАН можно оценить, посетив страницу "Отчет о текущей работе")
  Также Иваницкий пообещал мне, что я могу спокойно возвращаться на свое рабочее место, и что он гарантирует мне возможность спокойно и безопасно продолжить мою работу в ИТЭБ РАН. Кроме того, Иваницкий дал понять нежелательность излишнего шума в ИТЭБ накануне планируемых им перевыборов на должность Директора ИТЭБ РАН. Практически, эти слова Иваницкого являлись просьбой ко мне "замять" дело с отравлением двух сотрудников ИТЭБ. Что я, собственно, и выполнил, отказавшись от передачи дела в Прокуратуру.
• В то же время Медвинский вместе с некоторыми членами Дирекции ИТЭБ РАН осуществляют давление на институтскую Службу охраны труда. Отмечу сразу, что я ни в установленные законом сроки, ни позже так и не получил официального письменного ответа по данной ситуации ни от Дирекции ИТЭБ РАН, ни от Службы охраны труда ИТЭБ РАН, хотя несколько раз письменно требовал такого ответа. Также, несмотря на мои устные и письменные требования, Администрация ИТЭБ РАН не допустила проведения работ по исследованию состояния воздуха рабочей зоны комнаты, в которой происходили описанные события. Мой отчет о работах по устранению описываемой чрезвычайной ситуации см. здесь).

В дальнейшем Медвинский продолжил в течение мая-июня 2004 года действия, направленные на блокирование моей работы и на дискредитацию моих личных и профессиональных качеств. Например, с этой целью Медвинский стал заваливать меня противоречащими Трудовому соглашению "бестолковыми" распоряжениями, которые он всякий раз вручал мне под роспись, вынуждая меня реагировать на них. Поскольку действия Медвинского срывали график моей научной работы, я вынужден был снова обратиться в Директору ИТЭБ РАН, - на сей раз с официальной жалобой (см. подробности здесь).

Устранился от участия в разбирательстве и возглавляемый Е.Н. Ильясовой профком ИТЭБ РАН, хотя именно профсоюз, казалось бы, и должен активно участвовать в защите прав своих членов.

К августу 2004 года у меня были (благодаря усилиям самого же Медвинского) документальные доказательства клеветнической деятельности Медвинского. Эти документы есть и теперь. Однако необходимость работы, в частности, подача заявок в РФФИ и работа над статьями, удержали меня отподачи иска в суд.

Последующие события (начала 2005 года).